Лирические отступления

 

 

Медведково.

Руины.

 

 

Лета от сотворения мира семь тысяч семьдесят третьего, или по нынешнему счислению 1565 года, в жаркий летний день, 23 июня, молодой боярин князь Никита Романович Серебряный подъехал верхом к деревне Медведевке, верст за тридцать от Москвы. <...>

Еще не доезжая деревни, князь и люди его услышали веселые песни, а когда подъехали к околице, то увидели, что в деревне праздник. На обоих концах улицы парни и девки составили по хороводу, и оба хоровода несли по березке, украшенной пестрыми лоскутьями. <...>

- Эх, боярин! видно, ты издалека едешь, что не знаешь опричнины! Попытайся-ка что с ними сделать! Ономнясь наехало их человек десять на двор к Степану Михайлову, вон на тот двор, что на запоре; <...>

Вздрогнул от ярости Никита Романович. Закипело в нем ретивое.

- Как, на царской дороге, под самою Москвой, разбойники грабят и убивают крестьян! <...>

Мужик кланялся молча.

- На березу его! - закричал черный. - Любит молчать, так пусть себе молчит на березе!

Несколько всадников сошли с коней и накинули мужику петлю на шею.

- Батюшки, кормильцы! Не губите старика, отпустите, родимые! Не губите старика!

- Ага! Развязал язык, старый хрыч! Да поздно, брат, в другой раз не шути! На березу его!

Опричники потащили мужика к березе. В эту минуту из-за избы раздалось несколько выстрелов, человек десять пеших людей бросились с саблями на душегубцев, и в то же время всадники князя Серебряного, вылетев из-за угла деревни, с криком напали на опричников. <...>

- Теперь дай себя только до мельницы проводить, а там простимся. В мельнице найдешь ночлег и корм лошадям. Дотудова будет версты две, не боле, а там скоро и Москва! <...>

Вскоре они приблизились к мельнице. Несмотря на ночное время, колесо шумело в воде. На свист Перстня показался мельник. <...>

Мельник, ворча, повел приезжих в камору, стоявшую шагах в десяти от мельницы и где, несмотря на мешки с хлебом и мукою, было очень довольно места. <...>

- Боярин, - сказал Михеич, когда они остались одни, - сдается мне, что напрасно мы здесь остановились. Лучше было ехать до Москвы.

- Чтобы тревожить народ божий среди ночи? Слезать с коней да отмыкать рогатки* на каждой улице?

- Да что, батюшка, лучше отмыкать рогатки, чем спать в чертовой мельнице. И угораздило же их, окаянных, привести именно в мельницу!** Да еще на Ивана Купала***. Тьфу ты пропасть. <...>

Если бы читатель мог перенестись лет за триста назад и посмотреть с высокой колокольни на тогдашнюю Москву, он нашел бы в ней мало сходства с теперешнею. Берега Москвы-реки, Яузы и Неглинной покрыты были множеством деревянных домов с тесовыми или соломенными крышами, большею частью почерневшими от времени. <...> На Яузе и на Неглинной вертелись десятками мельничные колеса, одно подле другого. <...>

Любили православные украшать дома божии, но зато мало заботились о наружности своих домов; жилища их почти все были выстроены прочно и просто, из сосновых или дубовых брусьев, не обшитых даже тесом, по старинной русской пословице: не красна изба углами, а красна пирогами. <...>

________________________________________________________________

* Отмыкать рогатки. - В XVI веке в Москве улицы на ночь перегораживались особыми заграждениями - рогатками.

** Именно в мельницу. - Мельница, по старинным народным верованиям, является местопребыванием "нечистой силы".

*** Иван Купала. - По народному поверью считается, что в ночь накануне праздника (24 июня по старому стилю), посвященного этому святому, в лесах и на реках действуют таинственные колдовские силы.

 

Источник: Князь Серебряный // Толстой А. К. Избранные произведения. - М.: Детская литература, 1970. - С. 220, 222, 223, 225, 230, 231, 232, 237, 505.

 

 

А это, пожалуй, самая интересная часть нашего похода по берегам Чермянки. Наконец-то нам удалось увидеть легендарные руины села Медведково. Исследованная нами загадочная территория примыкает на севере к новому Медведковскому кладбищу, а на юге - к Чермянке. На карте 1966 года и более поздних село обозначено как жилые кварталы.

И вот что ещё нам показалось интересным. Казалось бы, места глухие, но создалось впечатление, будто здесь проходят массовые гулянья, включая попутные уроки стрельбы из пневматического (или чего-то в этом роде) пистолета (sic!). И, само собой, на берегу Яузы была кульминация всенародного счастья - массовое распитие алкогольных напитков в тридцатиградусную жару.

 

назадвперёд

 

Медведково и окрестности

 

 

Лирические отступления

 

©   2 0 0 5   С е в е р я н е